11.10.06
Под церковным забором...
источник: Газета СОБЫТИЯ | автор: Эрика Герасименко

Моя знакомая Ирина предложила встретиться “по делу” возле обновленной Всехсвятской церкви, что по улице Красноармейской. Вопросов никаких я задавать не стала, но про себя подумала: а почему возле церкви?
Приятельница повела меня в обход святого места, на ходу поясняя, что если я не помогу, то...
С тыльной стороны церкви, возле церковного забора, я увидела мужчину, сидящего на каком-то тряпье. Познакомились. Человек назвал себя Александром Калиничем. Ему 46 лет.
Увидеть бомжей в нашем городе – не проблема. Они кочуют с места на место со своим нехитрым “скарбом”. Но вид человека под церковью поверг меня в шок, а история, рассказанная им, мягко говоря, первоначально вызвала недоумение.
Незаладившиеся отношения
После смерти матери отношения Александра с отцом не сложились. Он забрал у сына ключи от квартиры, дав понять, что ход ему сюда закрыт. Оставшись без жилья, Саша то в одном месте переночует, то в другом устроится.
Семь лет назад он познакомился с Татьяной, у которой судьба сложилась не лучше, и с тех пор сожители не расставались. Жили, где придется. Однажды им повезло: сердобольные люди приютили их в необогреваемом доме, но кто-то там повыбивал стекла, и хозяева выгнали квартирантов на улицу.
Так они оказались возле церкви, прямо под забором. Прожили 10 дней, стойко перенося дожди и прохладные осенние ночи, а также выходки тупых подростков, кидающих в несчастных камнями. Бомжи были рады, что сентябрь выдался таким теплым.
- А знают ли священнислужители о вашем соседстве?
- Конечно, матушка помогла теплой одеждой, давала хлеб, 5 гривень.
Я увидела возле Александра бинты, какие-то лекарства.
- Это Татьяна мне покупает, обрабатываем на ногах раны, - пояснил он.
Оказалось, что прошлой лютой зимой Александр отморозил ноги. В Соледаре левую стопу ему ампутировали, а на правой отрезали пальцы. Именно в этом месте и начался процесс гноения. Кто-то вызвал “скорую”. Медики приехали, но Саша в больницу не поехал, мол, а как же Таня без меня? Что с ней будет?
Таня его опора. Нанимаясь к людям полоть огороды, ухаживать за грядками и вскапывать землю, Татьяна зарабатывает хоть какую-то копейку, чтобы было чем прокормиться да лекарства купить, ведь Саша ходить без костылей совсем не может. А еще эту женщину можно увидеть около церкви. Там она просит милостыню.
Когда Александр снял носки, я ужаснулась: по гноящейся ране ползали мелкие белые черви. Потому я незамедлительно вызвала “скорую” и уговорила несчастного поехать в больницу, ведь последствия такого самолечения могли оказаться фатальными.
Осмысливая ситуацию, я расстроилась и в душе возмутилась: как же так, у человека есть права на квартиру, а он здесь, под забором, погибает. Наверное, отец Александра бездушный и черствый человек, которому безразлична судьба собственного сына. Но когда узнала о том, что Юрий Петрович (так зовут отца) приезжал к сыну в соледарскую больницу, оплачивал лечение, признаться, засомневалась в своих суждениях. Что-то здесь не так. И я позвонила ему.
Душа болит, а сердце плачет

Юрий Петрович пришел в редакцию и оказался очень приличным человеком. Он сейчас живет с женщиной в ее квартире, а двухкомнатная, где он прописан с Александром, действительно закрыта и пустует. Из разговора я поняла, что ему по-отцовски жаль сына, душа болит: где он и что с ним. Отец действительно помогал Саше материально, хотел поехать с ним в Донецк, чтобы оформить сыну инвалидность. Он был готов отдать ключи от пустующей квартиры, кормить сына, но с одним условием... Сашка должен оставить свою бомжиху Таню (опасается отец, что сыну стукнет в голову жениться, тогда проблем с квартирой не избежать. Да и вообще, Татьяна грязная, неухоженная, в волосах кишат вши. Ну разве это женщина?). Вот здесь и возник конфликт. Сын не желал с ней расставаться. Он предпочел жить под открытым небом, чем в квартире с удобствами, но без Тани.

P. S. На следующий день вместе с отцом Александра мы пришли в больницу. У нашего пациента оказалась гангрена, ему будут делать операцию. Я поговорила с ним о том, что пора бы на что-то решиться и вести нормальный образ жизни. Не бомжацкий. Ведь не стар еще. Мне показалось, что он меня понял. Уходя, я оглянулась: пока медики не видят, Саша на четвереньках куда-то пополз по коридору...