19.10.05
Обувная опять в обносках?
источник: Газета СОБЫТИЯ

Когда полтора года назад предпринимателем Дмитрием Ревой был приобретен контрольный пакет акций ОАО “Свиточ”, обувщики восприняли эту новость двояко: кто с надеждой на улучшение работоспособности фабрики, кто с тревогой по поводу ее скорой смерти. Сейчас ситуация такая: фабрика дышит на ладан, директора Валентина Лихолета “ушли”, и ближайшее будущее предприятия очень туманно.


- Валентин Александрович, когда Рева-младший приобретал фабрику, вы были уверены в надежности нового хозяина и в его намерениях инвестировать производство?
- В надежности был уверен и со стороны новых хозяев услышал намерение вложения определенных инвестиций в производство. Ведь покупали для того, чтобы оно работало. Я был доволен, что предприятие приобретают именно люди из города, не заезжие. По мнению многих, эти люди состоятельные, а значит, в финансовом плане надежные. Работники предприятия и я восприняли новых хозяев положительно. Для многих это была надежда на лучшее.
- Нам кажется, что хозяева рассчитывали на рост заказов с приходом на президентский пост Януковича. Перспективы действительно заманчивы: армия хочет ботинки, железнодорожники тоже не ходят босыми. Но не сложилось... Или мы заблуждаемся, и причины падения производства в другом?
- Я бы не связывал рост заказов напрямую с выборами, хотя полностью отрицать такие мечты было бы неправильно. Все на что-то надеялись. И на Ющенко было много надежд у его сторонников, которые сейчас немного разочарованы. Со сменой власти полностью менялся кадровый состав во всех отраслях. Самый большой объем закупок ведется бюджетными организациями, а там полгода “тасовались” кадры. Менялись министры и прекращалось финансирование. В армии пошли большие сокращения – а это у нас один из основных покупателей. Железная дорога только в июне стала проводить первые тендеры по закупкам на этот год. И хотя первые руководители государства говорили о том, что в стране все нормально, мы видели, что начался упадок во многих отраслях промышленности: металлургии, машиностроении.
- Что будет с фабрикой? Мы слышали, что хозяева якобы не унывают: им выгодно открыть здесь склады для рынка или продать землю. Все-таки центр города...
- Я не могу говорить, что собираются предпринимать владельцы контрольного пакета акций. Неправильно было бы называть их хозяевами, ведь в “Свиточе” более 1200 акционеров, хотя по существу это так. Не знаю, что произойдет с фабрикой, видя, как разогнали многих специалистов. Не хочу себя хвалить, но я в этой отрасли считаюсь профессионалом, только директором проработал более 18-ти лет. Многих уволили вместе со мной. Это была работоспособная команда профессионалов, знающих и любящих свое дело. Тем более, что таких предприятий по Украине осталось очень мало.
- Работники фабрики рассказали, что с вашим ближайшим окружением не очень порядочно расстались. Например, вашего водителя, секретаря, да и вас лично просто не пропустили на территорию предприятия. Было такое?
- Да, с водителем было. По поводу секретаря не знаю, до меня эти слухи не доходили. Со мной тоже такого не было. Я как написал заявление об уходе, так и не стремился пройти на территорию. Расстались мы по обоюдному желанию. Мне со стороны председателя наблюдательного совета была предъявлена претензия по поводу плохого результата работы за семь месяцев. В принципе, и я был недоволен этими результатами. Я вообще недоволен результатами работы за все полтора года с новыми владельцами “Свиточа”. И как специалист, и как руководитель этого предприятия.
- Вы как руководитель фабрики чувствовали себя свободно? То есть у вас была возможность принятия решений и претворения своих замыслов в жизнь?
- Я как председатель правления имел право на свое мнение и, коль меня назначили, значит, я должен был вести “политику” всего предприятия. Но я практически им не управлял. Этим занимался председатель наблюдательного совета...
- То есть?..
- Сейчас сформулирую. Мои знания, опыт: и в производстве, и в сбыте, и в руководстве, и в организации использовались, но влиять я не мог. Мои права как председателя правления, записанные в Уставе и в контракте, мне не были предоставлены. Я видел, что не все делается как надо, но последнее слово оставалось за владельцем. Я знал, что могу гораздо больше, чем работать в тех рамках, которые для меня очертили. И хотя со мной распрощались по итогам этих семи месяцев, но прошлый год для фабрики был удачным. Плохо то, что мы не работали на перспективу.
- А тот человек, кто находится сейчас на вашем месте, может поднять фабрику на прежний уровень?
- Как человек – он хороший. Но этого мало, чтобы руководить производством. Мне очень бы хотелось, чтобы на фабрике было все хорошо. Но, к сожалению, я в это мало верю. При правильной организации и менеджменте предприятие может долго жить, даже если говорят, что оно “умирает”. Был непрофессиональный подход к политике производства со стороны хозяев, поэтому сейчас такая ситуация.
- Как работники восприняли ваш уход?
- Насколько я знаю, плохо.
- Где вы сейчас?
- Я уже работаю. И опять на обувной фабрике. Новые цеха выкупили бизнесмены из Донецка. Они не меняют профиль, но могут добавить еще некоторые производства, для того чтобы можно было на 100 процентов использовать производственные мощности. Пока я нахожусь в должности заместителя директора “Донпроммаш” (они и приобрели эти цеха обувной фабрики). Сейчас у меня очень большой объем работы, но это созидание, которое мне по душе.
- А где будете брать специалистов для нового производства?
- Некоторые уже ко мне пришли, некоторые ждут, когда я их приглашу. Буду брать всех старых специалистов, многие из которых высокого класса. Они не останутся без работы.